Ермухамет Ертысбаев о транзите власти и новых вызовах: У нас накопились авгиевы конюшни, их надо расчистить

Ермухамет Ертысбаев о транзите власти и новых вызовах: У нас накопились авгиевы конюшни, их надо расчистить

25 декабря гостем программы «Байтасов LIVE» на Business FM стал известный казахстанский политик, бывший посол Казахстана в Грузии и Беларуси – Ермухамет Ертысбаев. Он проработал на государственной службе тридцать лет, из них почти половину – советником экс-президента Казахстана Нурсултана Назарбаева.

Некогда прозванный в оппозиционной прессе «соловьем» Акорды, Ермухамет Ертысбаев всегда славился своей способностью смело дискутировать по самым острым вопросам. Подводя личные итоги года, Ертысбаев рассказал бизнесмену, издателю Forbes Kazakhstan Арманжану Байтасову о том, что вышел на пенсию и пока не планирует возвращаться в большую политику. «Меня больше устраивает статус свободного эксперта», – признался он.

Для страны же уходящий год, по мнению Ертысбаева, стал знаковым. В Казахстане впервые за три десятилетия появился новый лидер, которому предстоит решить старые проблемы. Касым-Жомарт Токаев – дипломат, профессионал в международных делах, заместитель генсека ООН, уже приступил к политическим реформам.  «Две девальвации и ряд других кризисных моментов отразились на самочувствии и  настроении значительной части электората», – считает Ертысбаев. Казахстанцы сейчас хотят простых житейских успехов, причем внутри страны, а не на международной арене.

Подводя итоги, мы говорим в первую очередь о политике. Какие, по вашему мнению, главные политические события года произошли в 2019?

Все, наверное, ждут, что я скажу о том, что Нурсултан Абишевич Назарбаев подал в отставку и передал власть Касым-Жомарту Токаеву. Но я бы хотел начать с января, когда 2019 год был объявлен Годом молодежи. Это – знаковое событие. К примеру, Фонд первого президента   проводит очень большую точечную работу с талантливой молодежью.

Казахстан входит в «дугу нестабильности», которая начинается с Латинской Америки, проходит через всю Северную Африку, Ближний Восток, заходит в Среднюю Азию и Казахстан. В этой «дуге» наибольший процент молодежи до 30-ти летнего возраста. При анализе 80-ти этнических, политических, гражданских, террористических конфликты за последние 50 лет, видно, что основной ударной силой в них выступала молодежь. Очень важно, что мы обратили внимание на эту проблему.

Что касается других событий, я думаю, что передача власти и все инициативы второго президента – главные события уходящего года.

Граждане Казахстана понимают, что вопрос преемственности обсуждался  и готовился давно. Понятно, что Елбасы об этом задумывался и шаг, который был сделан 19 марта – абсолютно продуман. Но почему именно Касым-Жомарт Кемелевич был выдвинут, как преемник?

Касым-Жомарт Токаев всегда входил в ближний круг Назарбаева. Но я думаю, он не был единственным: было 3-4 кандидатуры. Нурсултан Абишевич, подавая в отставку, назвал Касым-Жомарта Токаева самым достойным. При этом жизненный, государственный и политический опыт Токаева отличается от опыта Назарбаева. Между ними разница в 13 лет. Становление Токаева шло в годы оттепели. Когда умер Сталин, Токаев только родился, а Назарбаев был тринадцатилетним подростком. Токаев учился в семидесятых годах Московском государственном институте международных отношений, одном из самых престижных ВУЗов.

Назарбаев подошел к транзиту, как государственный муж – выбрал интеллектуала, с большим опытом, владеющего несколькими языками. Я думаю, что командировка Токаева в ООН была тщательно продумана Назарбаевым. Он получил очень большой опыт, его знают 192 страны – члены ООН. Токаев – один из немногих людей в ближайшем окружении первого президента, который абсолютно ни в чем не запятнан. Если бы он был замешан в коррупционных нарушениях, то никогда бы не прошел мощный фильтр, став заместителем генерального секретаря ООН.

Выбирая его, Назарбаев думал о будущем Казахстана. Он видит Казахстан новым государством. У нас накопились свои авгиевы конюшни, их надо расчистить. Послушайте последние выступления президента, особенно последнее, на Национальном совете. Все направлено на политическую модернизацию и обновление государственного механизма.

Что же у нас произошло – транзит или полутранзит? К чему мы пришли – к дуумвирату или двоевластию? Как вы относитесь к самому процессу перехода?

Двоевластие – это когда два центра ведут непримиримую борьбу. Только в диком бреду можно представить, что Назарбаев и Токаев борются за власть. Но нам подбрасывают такие идеи, особенно из-за рубежа. Кое-кому хочется, чтобы именно так обстояли дела в высших эшелонах власти. Когда я вернулся из зарубежной командировки, у меня было несколько встреч с Елбасы и с президентом. Я спросил у Нурсултана Абишевича: «Скажите мне, как своему давнему советнику, который в вашей команде уже 29 лет. Есть ли какое-то противоборство, о котором говорят в социальных сетях?» Он сказал:  «Абсолютно нет. Я не ошибся в Токаеве».

Дуумвират – это соуправление двух людей, что возможно, ближе к истине. Назарбаев абсолютно не вмешивается в работу государственного аппарата. Он не дает указаний, не совершает кадровые перестановки. Сейчас вся полнота власти действительно находится в руках Токаева. Но еще двадцать лет назад, давая интервью Юрию Мизинову (Zonakz.Net), я сказал: второго Назарбаева не будет. Второй президент не будет обладать таким гигантским объемом власти, которым обладал первый президент. Он – отец-основатель современного независимого Казахстана, как недавно сказал Токаев в интервью телерадиокомпании Deutsche Welle. Такая власть была нужна, чтобы провести мощные либеральные реформы, построить новую столицу.

А где сегодня решается кадровая политика?

Недавно сам Токаев подписал указ: кадровые назначения сейчас происходят на уровне консалтинга, консультационно. Да, он давний соратник Елбасы. Они познакомились в 80-е годы. Глава государства определяет внешнюю и внутреннюю политику. И внешнюю политику он отдал строить Токаеву. Под его руководством прошла демаркация границ, мы создали с нуля внешнеполитические ведомства. Токаева направляли и на «внутренний фронт». Он был премьер-министром, однажды он даже объединял пост министра с должностью государственного секретаря.

Еще один вопрос из области политики. Президент Токаев недавно объявил концепцию «слышащего государства». Потом появился Национальный совет общественного доверия. Как вы относитесь к этим инициативам?

Было всего два заседания Национального совета. Последнее заседание, конечно, очень резонансное. Глава государства озвучил сверхдемократические инициативы. Токаев глубоко убежден – если не сделать это сейчас, потом будет поздно. Протестный электорат в Казахстане очень большой. Дело даже не в том, что 1,5 млн голосов были отданы за Амиржана Косанова.  Две девальвации и ряд других кризисных моментов отразились на самочувствии и  настроении значительной части электората. Это было видно во время избирательной кампании. Поэтому, Токаев, на мой взгляд, хочет расширить и укрепить свою социально-политическую базу. У него нет своей политической партии, хотя Nur Otan его выдвинул и поддержал. За ним нет крупных олигархов. Это – необычный президент. Великий Абай еще в XIX веке говорил: «Человек, который управляет казахами, должен быть богаче всех и обладать необъятной  властью». Токаев не имеет ни того, ни другого, но это и нравится народу!

Недавно Институт евразийской интеграции провел большой социологический опрос и выяснил, что 75% казахстанцев поддерживают второго президента. Это, конечно, радует. Думаю,  75% могут превратиться и в 80% и в 90%.

Вопрос, который волнует меня лично: как получилось, что вы инициировали дебаты с Мухтаром Аблязовым?

Я уже сто раз про это рассказывал. В начале сентября я дал интервью, в котором упомянул ДВК. В тот же вечер Мухтар Аблязов  – он же каждый вечер выступает в Facebook  – обозвал меня нехорошими словами. Ну, а я человек горячий – спуска не даю. Тут же позвонил Сергею Дуванову и сообщил, что хочу выйти на дебаты. Аблязов размышлял где-то неделю и потом предложил тему только по Китаю. Я предложил более широкую: президент, реформы, уровень демократии. Кстати, я поставил в известность Токаева и Елбасы. Они отреагировали не очень – в том смысле, что Аблязов обвиняется в уголовных преступлениях и в финансовых мошеннических схемах.

Но я честно скажу, что очень сильно переоценил и Аблязова, как политика и опасность ДВК.  Я внимательно следил из Беларуси за его политической деятельностью, с  момента выхода из французской тюрьмы. Мне издалека казалось, что он представляет опасность со своими экстремистскими взглядами. Это же крайние взгляды: хочу  чтобы 100 тысяч вышли, захватили здание акимата. По сути, он предлагает совершить государственный переворот. Что это, если не экстремизм? У меня была цель – зацепить его. И он клюнул на это. Я в политике – стреляный воробей. Мне нужно было, чтобы он вышел. Я потом сделал десятки статей про ДВК, встречался с членами ДВК. Мы много дискутировали.  Я считал важным сбить «митинговщину» 21 и 26 октября. Мне кажется, определенная цель была достигнута.

Вопрос о планах на будущее: Чем будете заниматься в 2020 году? Не собираетесь вернуться в политику?

Я нахожусь в свободном плавании. Были разные предложения, но пока хочу побыть в статусе «свободного эксперта». Сейчас я могу позволить себе не работать и наслаждаться свободой. Я всю жизнь получал высокую заработную плату. Последние 7 лет работал на дипломатической службе, получая зарплату в валюте. Вы не думайте, что многие цепляются за государственную службу. Это тяжело – режим, ответственность, обязательность. Я уже оформил пенсию – 178 тыс. тенге. Очень хорошая. И вы знаете, я пришел в ЦОН и оформил ее за пять минут.

Видите, реформы идут и жизнь налаживается.

Продолжение следует.

©kzinfo.online