Арманжан Байтасов о свободе слова: я не стараюсь подыграть в сторону Акорды

Арманжан Байтасов о свободе слова: я не стараюсь подыграть в сторону Акорды

В программе «Хулиганы» с Аяном Шарипбаевым и Даной Орманбаевой издатель Forbes Kazakhstan, медиамагнат Арманжан Байтасов рассказывает о соратниках, которые поддерживают его на протяжении долгих лет, полиязычии, политических процессах в Казахстане, деятельности Национального совета и многом другом

Разговор начался с воспоминаний о девяностых годах. Люди, которые собрались за одним столом в Media Cafe, стояли у истоков зарождения независимого радиовещания. Дана Орманбаева и Аян Шарипбаев вспомнили, как все вместе работали на радио, которое располагалось в вагончике. «Отчаянно хулиганили», – добавил Арманжан Байтасов. На весь город передавали через радиоэфир просьбы коллегам заехать в офис, сами сочиняли астропрогнозы, а еще  – предоставляли площадку для выступлений ярким и талантливым людям. Прошло почти тридцать лет. Появились сотовая связь, интернет, YouTube и социальные сети. Изменился мир и вместе с ним изменились вызовы, которые стоят перед медиа, обществом и бизнесом. О них и пошла речь в программе.

Дана Орманбаева, Аян Шарипбаев, Арманжан Байтасов.
Дана Орманбаева, Аян Шарипбаев, Арманжан Байтасов.

Несколько лет назад, когда национал-патриоты требовали ввести образование только на казахском, государственном  языке, вы выступали за трехъязычие в образовании. Пока ни та, ни другая позиции не победили. Похоже, мы еще не готовы к этому эксперименту. С тех пор вы изменили свое мнение? Вообще, как вы сейчас смотрите на перспективу полиязычия в Казахстане?

– Я не изменил свою позицию. Считаю, что трехъязычие в Казахстане – норма. Это возможно, нужно и полезно каждому гражданину нашей  страны.  Чем больше ты знаешь языков, тем больше миров для тебя открывается.  Если ты живешь в Казахстане – нужно обязательно знать казахский. Изучение английского и русского языков не противоречит этому. Я лично очень сожалею, что у нас не было возможностей рано изучать сразу несколько языков. Если вы хотите блага своему ребенку, хотите, чтобы он больше зарабатывал, стал успешным и интегрированным в глобальную экономику, без английского языка – никуда.

– А родной язык – обязанность или право?

– Если ты лишаешь себя казахского языка, ты лишаешь  себя казахскоязычного поля. Английского – ты не можешь общаться в англоязычном поле. Недавно я встречался с послом Франции Филиппом Мартинэ, и глядя на него, понимаю, что с удовольствием изучал бы еще и французский. Господин Филипп Мартинэ говорит на русском языке и изучает казахский. Он искренне всем интересуется и выстраивает настоящие мосты между нашими странами.

Мы не должны замыкаться. Посмотрите на граждан Швейцарии, которые спокойно говорят на английском, немецком, французском, итальянском. С ними приятно находится в одном обществе. Они обладают таким богатством – зная четыре языка, могут комфорно себя чувствовать в любой точке планеты Земля.

Как вам кажется, куда движется Казахстан?

– Казахстан четко определил свои векторы. Мы – строим демократию. У каждого из нас свое видение идеального государства, но движение  в любом случае положительное. Базовая вещь, которая есть у всех – независимый, суверенный Казахстан. Кем бы ты ни был – коммунистом или национал-патриотом, нужно жить, понимая ценность суверенитета страны.

Давайте согласимся с тем, что мы переживаем новый бум партийного строительства. Президент, кстати, поддерживает эту тенденцию. Но партийная деятельность предполагает широкую информационную поддержку. Как ты относишься к такому явлению, как партийная пресса?

– Я не исключаю, что в Казахстане появится в ближайшее время не одна, а даже несколько партий разного толка. Казахстан – большая страна, образованная, нас больше 18 млн. Из нашего многообразия надо извлекать выгоду. Это и есть наше преимущество, которое может нас вытолкнуть в лидеры развивающихся стран. Просто нужно уметь слушать друг друга, договариваться. Не надо «мочить оппонентов». У каждого есть здравые вещи.

Вы руководили такими медиа, которые все называли независимыми. И они были популярнее официальных. Так случилось, что сегодня по-настоящему независимых медиа не осталось. Что это – такой период?

– Думаю, что сейчас стало немножко по-другому. Я давно работаю в медиа. Когда я говорю: «В Казахстане есть свобода слова»,  то не лукавлю, и  не стараюсь подыграть в сторону Акорды. Это – данность. Вы сегодня можете получить любую информацию касательно деятельности органов власти, вы читаете соцсети, желтую прессу. наоборот, мы живем в огромном информационном потоке.  Поэтому становится важным обрабатывать информацию.

Моя рекомендация – обращаетесь с информационным потоком также, как с едой. Продукты должны быть качественные – как обычные, так и информационные.

Раньше для публичного выступления людям нужна была площадка и СМИ ее предоставляли. На «31 канале» мы давали эфирное время многим ярким личностям, проводили дебаты, клубные встречи. Но прошло время и технологии изменились. Остроты и качества не убавилось, но каждый яркий человек сейчас имеет страничку в Facebook, Instagram, или Telegram-канал. Люди превращаются в масс-медиа. Вы можете сформировать в соцсетях свою ленту со своей повесткой дня. Главное, не забывать выходить из онлайна в оффлайн.

…И прямо сейчас нам пишет в Facebook Гульжан Хамитовна Ергалиева: «Передайте от меня добрую память за «Общественный договор» на «31 канале». Арманжан Байтасов предоставлял нам эфир тогда, когда нас отовсюду выгоняли. Добро запоминается навсегда».

– И это была самая яркая программа, которая оставила след в истории государства и в истории казахстанских масс-медиа.

Вопрос от Тоты Амировой, знаменитой женщины-пилота. Она попросила спросить: что бы ты поменял в работе СМИ, если бы стал министром информации?

– Честно говоря, сейчас все делается вполне нормально. Я бы поднимал престиж работников СМИ. Должны быть максимальные возможности для получения дополнительного образования.

Вопрос от подписчиков: С кем двигается по-жизни Арманжан Байтасов? Расскажи: Кто твои партнеры, союзники, соратники?

– Мне часто говорят, что Forbes мы запустили в партнерстве с Булатом Утемуратовым, хотя это не так. Можете посмотреть документы, у нас все достаточно прозрачно. Слава богу, что медиа в Казахстане могут открываться самими медийщиками. Вопрос о влиянии олигархических групп возникает, потому что в мире все взаимосвязано. Невозможно жить в обществе и быть свободным от общества. У меня много друзей, успехами которых я горжусь. Если я чем-то могу поспособствовать их успеху, то буду это делать. Например, один из наших крупнейших рекламодателей – Astana Motors. Но я не думаю, что Нурлан Смагулов размещает у нас рекламу на протяжении 25 лет «за красивые глаза». Он это делает, потому что мы – эффективные и у нас  есть аудитория, которая интересуется его товарами.

Сейчас все следят за деятельностью Национального совета общественного доверия, в который вошел ты вместе с друзьями и соратниками. Как-то так получилось, что в нем собрались люди, которые и так друг друга по двадцать лет знают. Дайте обратную связь изнутри – что происходит?

– В Совет пригласили экспертов по разным отраслям, чтобы мы помогли Администрации президента выполнить концепцию слышащего государства. Это замечательно, что нас выслушивают по практически любым поправкам. Мы не сидим в одном зале. Есть рабочие группы по экономическим реформам, политическим, социальным. Внутри этих групп нам организовывают встречи, например с Верховным судьей,  с министрами. Все наши заседания протоколируются, составляются предложения, которые рассматривают уполномоченные органы. Обратная связь есть. Посмотрите на выступление президента – сколько серьезных заявлений. Нам было приятно, нас вдохновляет, что глава государства слышит членов Национального совета. Если бы мы тратили время и не получали обратной связи, наверное, люди бы разошлись. У нас появился шанс сделать позитивные перемены в стране – почему бы этим не воспользоваться?