Досым Сатпаев о политических зомби, Национальном Совете и транзите власти

Досым Сатпаев о политических зомби, Национальном Совете и транзите власти

Эфир программы «Байтасов LIVE» выдался настолько динамичным, что радиостанция увеличила ее хронометраж, отойдя от привычного часа вещания. Бизнесмен, издатель Forbes Kazakhstan Арманжан Байтасов и политолог, директор Группы оценки рисков Досым Сатпаев спорили о том: что представляет собой наше общество? Каковы его ценности и интересы? Возможна ли в стране «политическая оттепель» и появление различных партий?

Популярный политолог в эфире Business FM ответил на самые откровенные вопросы. Он рассказал, почему политические партии в Казахстане напоминают ему «зомби»,  на какие средства живет, что советует иностранным инвесторам и почему считает, что Узбекистан скоро составит серьезную экономическую конкуренцию Казахстану?

Встреча проходила на новой площадке – Media Café в самом центре Алматы. После эфира посетители кофейни могли приобрести книгу Досыма Сатпаева “Деформация вертикали” с автографом автора. Business FM публикует часть программы. Посмотреть программу полностью можно на Youtube

Время само подсказало информационный повод. Вчера сообщили, что в Казахстане создается Демократическая партия Казахстана. Честно говоря, разговоры о партийном строительстве велись еще с весны.  Власть взяла инициативу в свои руки, создав Национальный совет общественного доверия, старые оппозиционеры тоже решили организоваться. И хотя выборы в Парламент еще не объявляли, наверное, это один из признаков предвыборной гонки. Твои ощущения? Почему именно сейчас?

– Незадолго до этого наш «вечнозеленый» эколог Мэлс Елеусизов в очередной раз заявил о создании экологической партии. Мы видим, что активизировались игроки, которые уже давно присутствуют на политическом поле.

Ты знаешь мою откровенность. Я считаю, что многие казахстанские партии фейковые, называя их «партии-зомби», потому что они просыпаются только на время предвыборной компании. Появление новых игроков, пусть даже со старым составом участников – плюс. Другой момент – будет ли дальнейшее продолжение. Заявить о партии – один шаг, но будет ли она зарегистрирована? Закон «О политических партиях» в Казахстане довольно недемократический. Есть много искусственных препятствий для появления новых партийных игроков.

Ты считаешь, что партию просто не дадут зарегистрировать?

– Действующий Закон «О политических партиях» принимался в начале 2000-х именно для того, чтобы жестко фильтровать количество партийных участников. Например, требование – иметь 40 тыс.членов, филиалы во всех регионах Казахстана. Для Казахстана с населением в 18 млн человек, это довольно жестко. Акцент делается на количественную составляющую, хотя опыт других стран показывает, что даже немногочисленные партии могут влиять на политические процессы, и позитивно влиять. Появление новых партийных игроков могла бы простимулировать либералиция: сделать порог не 40 тыс. членов, а хотя бы 20 тыс. Смягчить требования по наличию филиалов – не во всех регионах, а в нескольких крупных городах. Из количества рано или поздно вырастет качество.

А если у нас появится слишком много партий?

А что в этом страшного? Наше общество и так очень фрагментировано, у нас появилось большое количество разных электоральных групп. Не может партия «Нур Отан», как слон в посудной лавке, выражать мнение абсолютно всех. Посмотрите на молодежь, которая в последнее время активизировалась.

На «Пробудившихся»?

– Не только. Молодежь тоже очень многослойна – городская, сельская, есть те, кто только приехал. Казахскоязычная, русскоязычная. И у каждой группы есть свои представления о политических лидерах и ценностях. Нет ничего страшного, если вначале в стране появится определенное количество политических партий, как это было в начале 90-х.

Тогда и Парламент был такой неповоротливый, в нем было около четырехсот человек…

– Он и сейчас не поворотливый. Я бы его называл «Нотариальной конторой при аппарате президента». Не надо бояться количества. Партии должны пройти через горнила конкурентной борьбы. Выживут сильнейшие – это мировая практика.

Когда у нас будут парламентские выборы? По закону, мы знаем, когда они будут, но есть ощущение, что это будет досрочно.

– Сейчас в нашей элите по этому поводу столкнулись две точки зрения. Одни лоббируют проведение досрочных выборов, где фаворитом будет партия «Нур Отан». Другие осторожно считают, что сейчас после недавних резонансных президентских выборов проводить парламентские немного некомильфо. С моей точки зрения, неважно, когда выборы будут происходить. Если они будут проводиться в рамках существующего законодательства, никаких качественных изменений не произойдет. Для меня важны не сроки, а инфраструктурные изменения на политическом поле.

В рамках Национального совета общественного доверия очень часто обсуждаются эти вопросы – и о политических партиях и о митингах. Почему ты не в Национальном Совете, никак не контактируешь с членами Национального совета, ничего не предлагаешь?

– Во-первых, не приглашали. Во-вторых, все то, что там обсуждают, я озвучиваю последние 15 лет. Если будут появляться дополнительные площадки для переговоров с властью, есть позитив. Некий канал взаимодействия. С другой стороны, появляется дублирование. Национальный Совет частично перетягивает на себя парламентские функции

Я не согласен. Национальный совет нашел себя, выполняет функцию площадки для обсуждения идей. Мы ни в коем случае не заменяем Парламент.

– В этом вся проблема – статус Совета консультативно-совещательный. Он не имеет конкретных рычагов влияния на политический процесс. Вы можете советовать, консультировать – сам механизм  принятия решений непонятен. Какие рекомендации будут приняты госаппаратом, а какие утонут?

Я может быть, идеалист, но мне кажется, что если закон соблюдается, и все атрибуты выполнены, то незарегистрировать партию невозможно.

– Ты реально – идеалист. Сколько таких случаев уже было. Вот как раз и посмотрим, как это осуществится на практике.

Предлагаю поговорить о работе политолога. На что живут политологи, кто вас финансирует? У многих мнение, что вы живете на деньги Запада и разрушаете устои страны.

– Я бы задал точно такой же вопрос бизнесменам из списка Forbes: « Откуда у вас деньги, ребята»?

Мы часто задаем этот вопрос бизнесу, правда, не все признаются (смех).

– До 2002 года я работал аналитиком в Институте развития Казахстана. Потом мы создали Агентство политических исследований с Ерланом Кариным. Чуть позже понял, что хочу работать сам на себя. В 2002 году я создал Группу оценки рисков, которая сейчас является старейшей консалтинговой негосударственной организацией в Казахстане. Мы консультируем иностранный бизнес в сфере политических инвестиционных рисков. Это был чистой воды эксперимент. Я думал, хорошо, если продержусь пару лет и в результате  – мы уже 17 лет на рынке! С крупным иностранным бизнесом комфортно работать. Благодаря этой работе я имею возможность финансировать свои проекты – издание книг, съемки фильмов.

Казахстан – рисковая страна? Что ты рекомендуешь иностранным инвесторам?

– Если брать постсоветское пространство, то есть страны, более рискованные с точки зрения вложений – Кыргызстан или Туркменистан. Раньше у инвесторов был ограниченный выбор – Казахстан, Россия,  Украина. Сейчас ситуация изменилась. В Центральной Азии растет Узбекистан. Амбици растут и инвестиционная привлекательность Узбекистана может быть выше, чем у Казахстана. В том числе связанная с транзитом власти. В Казахстане все же не произошел полный транзит власти. А Узбекистан уже его прошел. Если он на деле, а не на словах будет реформировать свою политическую и экономическую систему, тогда он как Юпитер, затянет часть инвесторов на свою орбиту.

©kzinfo.online